Равная цель нашей жизни, как многократно уже сказано было прежде, есть теснейшее, по мере способности существа человеческого, единение с Богом в жизни вечной. В продолжение временной жизни мы непрерывно должны все более и более приближаться к Богу, пока наконец там, в стране со­вершения, через единение с Ним не достигнем пол­ного блаженства.

Но этого теснейшего единения с Богом можно достигнуть только посредством совершенной любви. Поэтому главную заповедь Господь Спаситель из­рекает так: Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душ твоею и всем разу­мением твоим: сия есть первая и наибольшая за­поведь; вторая же, подобная ей,— продолжает Господь,— возлюби ближнего твоего, как самого себя; на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки (Мф. 22, 37—40).

Непрестанно возрастать в этой любви, чтобы она из дня в день становилась чище и крепче,— вот в чем состоит назначение нашей земной жизни! Только эта любовь истинно совершенствует все де­ла наши; без нее и самые блистательные подвиги ни­чего не значат на весах вечной правды (Мф. 10, 41 и далее; 1 Кор. 13, 1 и далее).

Здесь говорится о любви в духе и истине, буду­чи движим которой, человек, обнимая верою своего Искупителя и одушевляясь Его Духом, всецело пре­дается Богу, желает только того, что угодно Ему, и только потому, что это Ему угодно. Такая истинная, деятельная любовь обыкновенно сопровождается сладостным ощущением таинственного общения с Богом, но это необязательно.

Свободная воля, возбуждаемая и подкрепляемая Божественною благодатию, может предаваться Богу и во время самой сильной внутренней сухости. Кто так лишен был утешения, как Господь Спаситель наш в то время, когда, вися на кресте, Он взывал: Боже Мой, Боже Мой! Для чего Ты Меня оста­вил? (Мф. 27, 46). И когда более обнаружилась любовь Его, как не в то же время, когда Он прино­сил Свою жизнь в жертву за грехи мира и с сынов­нею преданностью взывал к Небесному Отцу: Ош- че! В руки Твои предаю дух Мой! (Ак. 23, 46).

Хотя каждую способность в воспитаннике надо совершенствовать так, чтобы вместе с тем усилива­лась или, по крайней мере, не ослаблялась любовь к Богу и ближним, но это правило особенно нужно иметь в виду, когда говорим об образовании воли или способности желания, ибо все достоинство человека зависит от усовершенствования воли и только одна любовь соединяет нас с Богом, главной нашей целью.

Все просвещение ума, все образование чувства, вся тонкость внешнего поведения не имеют истинно­го достоинства, если при этом не совершенствуется воля или не возвышается нравственное образование души. Воспитатель может заслужить одобрение, раз­вивая только разум своего воспитанника, может обо­льщать не знающих дела, воспитывая в детях только так называемые благородные чувства или приучая их к тонкости во внешнем обхождении, но исполнить свой долг и совершенно достигнуть цели воспитания он может единственно посредством истинного хрис­тианского образования воли в воспитанниках.

К несчастью, на практике очень редко придают значение этому важному долгу. Довольно есть таких воспитателей, которые строже наказывают за ошиб­ки против вежливости, нежели за погрешности про­тив доброй нравственности, и таких, которые обна­ружение порочных наклонностей прощают скорее, чем погрешности против грамматики.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Copyright © 2022 Профессиональный педагог. All Rights Reserved. Разработчик APITEC
Scroll to top