ТЕМА:      «СКАЗИТЕЛИ  СТАРИНЫ  ГЛУБОКОЙ»

                   БЫЛИННЫЙ  ЭПОC

ЦЕЛЬ  РАБОТЫ

Приобщиться  к  истории  своего  народа,  глубже  узнать  былинный  эпос,  а,  узнав,  горячее  чтить  духовное  основание  своего народа. 

 

АКТУАЛЬНОСТЬ  ТЕМЫ:  

Нас  всегда  должна  интересовать  наша  история.  Тем  более,  если  важные  события  излагает  сам  народ,  устно  передавая  из  рода  в  род  дорогое  сердцу  событие.  Как  правило,  это  победа  русского  духа.  Победа  духа  нужна  во  все  времена.  Поэтому  мы  говорим  о необходимости  обращения  к  непревзойдённым  образцам  народного творчества – былинам.

 

     ЗАДАЧИ:

 

1.  Воспитание  познавательной  способности  к  изучению  истории  своего

     народа.

 

2.  Воспитание  патриотических  чувств:  любви  к  Отечеству.          

    

3.  Формирование  проявления  интереса  к  ознакомлению  с  историей 

     родной  земли,  её  героическими  страницами  через  знакомство  с    

     произведениями  народного эпоса.            

 

 

ПЛАН

 

  1. Введение.
  2. Русский  героический  эпос.  Былины.
  3. Художественное  своеобразие  былин.
  4. Древнейшие  былинные  образы. 
  5. Главные  герои  русского  эпоса.
  6. Заключение.
  7. Приложение. 

 

     Былина – не  остаток  прошлого, 

     а  художественно-историческое

     произведение  о  прошлом.

                                      Д. С. Лихачёв

 

1.  ВВЕДЕНИЕ

 

  « Ы  долгое  время  искали  некие  «чёрные  дыры»  где-то  там,  далеко,  в космосе. А такой зияющей “чёрной дырой” оказались мы сами, наша историческая  память. И  потому  сегодня  мы  обращаемся  к  истории.  Мы многие  годы  жили  с  уверенностью,  что  нельзя  повернуть  «колесо  истории»  вспять,  что движется она стремительно вперёд, к заранее намеченной  светлой  цели. А  если  и  обращались  к  истории,  то  с неизменной оглядкой на пресловутую “патриархальность”, ярлык которой навешивался как одно из самых тяжких идеологических обвинений. Только сейчас мы начинаем понемногу осознавать, что без таких постоянных возрождений  прошлого  в  настоящем  немыслимо  и  само  будущее. Невозможно понять Россию — ни прошлого, ни настоящего — без русского народного  эпоса.

Мифология, народная фантазия, миросозерцание, философские и нравственные  идеалы,  огромная  поэтическая  и  музыкальная  культура – всё это  нашло  отражение  в  эпосе.  И  реальная  жизнь  тоже – обычаи,  быт, нравы  Киевской,  Новгородской,  Владимиро-Суздальской  и  Московской Руси.

И   русская   история!   Народ   не   просто   хранил   в   своей   эпической памяти  отдельные  исторические  события  и  имена,  но  и   создавал  свою фольклорную   версию   самой   истории.

Основополагающими  эти  мысли  остаются  и  для  нашего  времени, наконец-то  осознавшего  необходимость  восстановления  исторической  памяти.  А  фольклор – это  и  есть  историческая  память  народа,  воплощённая в  образах,  символах,  идеалах.  С  фольклора  начинается  познание  истории народа.  Фольклор  даёт  ответ  на  вопрос  «Откуда  есть  пошла  Русская земля»,  какие  духовные  и  нравственные  идеалы  заложены  в  ней  изначально.                                 

         В. Калугин      Идеалы  русского  эпоса 

 

А  и  сильные,  могучие                  

                  Богатыри  на  славной  Руси!                          

 

                   Не  скакать  врагам                               

                  По нашей  земле!                                     

 

                   Не  топтать  их  коням

                   Землю  русскую!

 

                   Не  затмить  им  солнце

                   Наше  красное!

 

Век  стоит  Русь – не  шатается!  (все)

                        И  века  простоит – не  шелохнется!

 

2.  РУССКИЙ  ГЕРОИЧЕСКИЙ  ЭПОС  БЫЛИНЫ

               Былины  название  своё  получили от  слов  «быль»,  «былое». Это  стихотворный  героический  эпос  Древней  Руси.  Былины – это  особые эпические  песни-сказания,  в  которых  воспеты  русские богатыри –  защитники  Родины,  героические  события,  отдельные эпизоды  древней  русской  жизни.  Былины  не  имеют  авторов,  как произведения  художественной  литературы.  Создателем  былин  является  народ. Их  исполняли  народные  сказители  по  памяти,  как  слышали  от  своих предков. Древнее  название  былин  на  русском  севере – «старины».  Современное  название  жанра – «былины» – было  введено  ещё  в первой  половине  XIX  века  фольклористом  И. П. Сахаровым  на  основании  известного  выражения  из  «Слова  о  полку  Игореве» – «былины  сего  времени».

            Центральная  идея, то есть  основная  мысль древнерусских летописных  воинских  повестей  и  былин – это патриотизм,  любовь    к  родной  земле,   стремление  освободить  её  от  врагов.  (Патриот– это  любитель  отечества,  отчизнолюб,  ревнитель  о  благе  Родины.  «толковый  словарь  великорусского  языка».  В. И. Даль,)

            Время  сложения  былин  определяется  по-разному.  Одни  учёные  считают,  что  это  ранний  жанр,  сложившийся  ещё  во  времена  Киевской Руси (X–XI века),  другие – жанр  поздний,  возникший  в  средние  века,  во время  создания  и  укрепления  Московского  централизованного  государства. Наибольшего  расцвета  жанр  былин  достиг  в  XVII–XVIII веках,  а  к  XX веку  он   приходит  в  забвение. Былины,  по  замечанию  В. П. Аникина,  это  «героические  песни, возникшие  как  выражение  исторического  сознания  народа  в  восточнославянскую  эпоху  и  развившиеся  в  условиях  Древней  Руси…». 

            Былины  недаром  называют  народным  учебником  истории.  Действительно,  на  протяжении  многих  веков  они  были  именно  учебником,  по  которому  народ  изучал  и  постигал  свою  историю. 

            Но  только  эта  история  не  совпадает  ни  с  одним  известным  нам  литературным  и  летописным  источником,  включая  летописные  сказания  о  самих  же  богатырях.  Это  не  искажение  истории,  а  особое  её  восприятие,  особая  народная  версия  истории,  выраженной  в  эпосе.  Былины  сохранили  не  отдельные  исторические  факты,  а  исторические,  нравственные  идеи,  воплощённые  в  художественном  образе. 

            Ф. И Буслаев  (1871 г.)  писал:  «Вполне  справедливо  можно  сказать,  что  русский  народный  эпос  служит  для  народа  неписаною  традиционною  летописью,  переданною  из  поколения  в  поколение  в  течение  столетий.  Это  не  только  поэтическое  воссоздание  жизни,  но  и  выражение  исторического  самосознания  народа.  Русский  народ  в  своих  былинах  осознал  своё  историческое  значение».  В  былинах  прежде  всего  звучит    патриотизм,  призыв  к  защите  родной  земли.                         (Поёт Е. Бунтов)

 

 

3.  ХУДОЖЕСТВЕННОЕ  СВОЕОБРАЗИЕ  БЫЛИН

Былина – песенное  произведение,  она  обладает  стихотворным  размером,  ритмом.  Былина  обычно  начинается  с  запева.  Он  не  связан  с  содержанием былины,  а  представляет  самостоятельную  картину,  предшествующую основному  эпическому рассказу. Далее  идёт  зачин,  в  котором  происходит  завязка  события, определяется  место  и  время  действия.

Вспомним  традиционный  былинный зачин:  в  стольном  Киеве-граде,  у  ласкового  Владимира-князя   на  его  пированье – почестен  пир  соезжаются  и  собираются  все  сильные,  могучие  богатыри  и  непременно – поляницы  удалые.  Эти  пиры  были  именно  почестными,  на  них  приглашались  по  чести.  Как  само  приглашение,  так  и  место  на  пиру  свидетельствовали  о  степени  уважения  и  признания.

В  центре  всего  повествования  стоит  образ  героя.  Эпическое  величие образа  былинного  героя  создаётся  путём  раскрытия  его  благородных  чувств  и  переживаний,  качества  героя  выявляются  в  его  поступках. Используется  приём  контраста:  былинный  богатырь  противопоставляется  отрицательному  персонажу.   

Действие  развивается стремительно,  вплоть  до  своего  пика – кульминации,  держа  слушателей  в  постоянном  напряжении.  Развязка  действия  происходит  мгновенно:  враг  повержен! Былину,  как  правило,  венчает  исход  или  концовка  былины.  Это  краткое заключение,  подводящее  итог,  или  прибаутка  («то  старина,  то  и  деяние», «на  том  старина  и  покончилась»).

Троекратность  или  троичность  в  былинах  является  одним  из  главных приемов  изображения  (на  богатырской  заставе  стоят  три  богатыря,  богатырь  совершает  три  поездки,  три  раза  купцы  новгородские  не  зовут Садко  на  пир,  он  же  три  раза  бросает  жребий  и  т. д.). Все  эти  элементы (троичность  лиц, троекратность  действия,  словесные  повторы)  имеются  во всех  былинах. Большую  роль  в  них  играют  и  гиперболы,  используемые

для  описания  героя  и  его  подвига  (Тугарин  Змеевич, Соловей-разбойник),  

а также описание силы  воина-богатыря. В этом  проявляются  фантастические

элементы.    

Текст  былины  подразделяется  на  постоянные  и  переходные  места. Переходные  места – это  части  текста,  созданные  или  импровизируемые сказителями  при  исполнении;  постоянные  места – устойчивые, незначительно  изменяемые,  повторяемые  в  различных  былинах  (богатырский  бой,  поездки  богатыря,  седлание  коня  и  т. п.).  Сказители обычно  с  большей  или  меньшей  точностью  усваивают  и  повторяют  их  по ходу  действия.  Переходные  же  места  сказитель  говорит  свободно,  меняя  текст,  частично  импровизируя  его.  Сочетание  постоянных  и  переходных мест  в  пении  былин  является  одним  из  жанровых  признаков  древнерусского  эпоса.  

Д. С. Лихачёв  в  книге  «Поэтика  древнерусской  литературы»  пишет  о том,  что  время  действия  в  былинах  относится  к  условной  эпохе  русского прошлого.  Для  одних  былин – это  идеализированная  эпоха  князя  Владимира  Киевского,  для  других – это  эпоха  новгородской  вольности. Действие  былин  происходит  в  эпоху  русской  независимости,  славы  и могущества  Руси.  В  эту  эпоху  «вечно»  княжит  князь  Владимир,  «вечно»  живут  богатыри.      

Поэтический язык былин, торжественно-напевный и ритмически организованный,  богат,  живописен,  выразителен.  Его особые художественные средства – гиперболы  (преувеличения),  сравнения, метафоры, эпитеты – воспроизводят картины и образы эпически возвышенные, грандиозные, а при изображении врагов – страшные, безобразные.  

   При  помощи  эпитетов  создан особый  поэтический  мир.  Богатырь  определяется  как  святорусский, сильный,  могучий,  у  него  буйна  голова,  ретиво  сердце,  ноги  резвы.  Такие  эпитеты  называются  постоянными  и  пронизывают  всю  былину. А  какую  теплоту  и  нежность  русской  души передают  уменьшительно-ласкательные  суффиксы!  Ими  награждались  герои  (Алёшенька),  а увеличительными –  их  противники  (Змеище)… .

Былины,  как и  другие  произведения  народного  творчества, передавались  из  уст  в  уста.  Поэтому  каждая  былина  имела  иногда  бесконечное  множество  вариантов.     

В  былинах  отразились  исторические  условия  жизни славянского  народа:  завоевательные  походы  печенегов  и  половцев  на  Русь, разорение  селений,  полон  женщин  и  детей,  разграбление  богатств.  В  XIII–XIV веках,  Русь  находилась  под  игом  монголо-татар,  что тоже  отражено  в  былинах.  В  годы  народных  испытаний  былины  вселяли  любовь  к  родной  земле.  Не  случайно  былина – это  героическая  народная песня  о  подвиге  защитников  Русской  земли.

В  былинах  много  исторически  достоверных  примет:  описание  деталей, старинного  вооружения  воинов  (меч,  щит,  копьё,  шлем,  кольчуга).  В  них воспевается  Киев-град,  Чернигов,  Муром,  Галич. Называются  другие древнерусские  города.  События  разворачиваются  и  в  Древнем Новгороде.  В них  обозначены  имена  некоторых  исторических  деятелей:  князь  Владимир Святославич,  Владимир  Всеволодович  Мономах.  Эти  князья  соединились  в народном  представлении  в  один  собирательный  образ  князя  Владимира – «Красно  Солнышко».

В  былинах,  как  и  в  сказках, совершаются  чудеса:  перевоплощение  персонажей,  оживление  мертвых.  В  них  присутствуют  мифологические образы  врагов  и  фантастические  элементы,  но  фантастика  иная,  чем  в  сказке.  Она  основана  на  народно-исторических  представлениях  и  является поэтической  правдой.   

Известный фольклорист  XIX  века  А.Ф. Гильфердинг  писал: «Когда  человек  усомнится,  чтобы  богатырь  мог  носить  палицу  в  сорок пуд  или  один  положить  на  месте  целое  войско,  эпическая  поэзия  в  нём  убита.  А  множество  признаков  убедили  меня,  что  северно-русский крестьянин,  поющий  былины,  и  огромное  большинство  тех,  которые  его слушают, – безусловно,  верят  в  истину  чудес,  какие  в  былине изображаются.  Былина

сохраняла  историческую  память.  Чудеса воспринимались  как  история  в  

жизни  народа».

Проведём  эксперимент:   уберём  из  былины  «Илья  Муромец  и  Соловей-разбойник"  эпитеты  и  уменьшительно-ласкательные  суффиксы: «Тут  Владимир-князь  да  стольнокиевский,  он  скорёшенько  вставал  на  резвы ноженьки»,  получится:  «Тут  Владимир-князь  киевский,  он  скоро  вставал  на  ноги».  Что  же  изменилось?  Скорее  всего  ничего  не  получилось!  Былина  потеряла  весь  свой  смысл.  Поэтичность  исчезла,  осталось  сухое описание  действия.  Да  и  всё,  что  означает  слово  «былина»  в  этой  фразе  найти  невозможно.

О  воздействии  былин  на  слушателей  вспоминал  известный  фольклорист  П. Н. Рыбников.  Впервые  он  услышал  живое  исполнение  былины  в  двенадцати  километрах  от  Петрозаводска,  на  острове  Шуй-Наволок.  После  трудного  плавания  по  весеннему,  бурному  Онежскому  озеру,  устроившись  на  ночлег  у  костра,  Рыбников  незаметно  заснул...

«Меня  разбудили, – вспоминал  он, – странные  звуки:  до  того  я  много  слыхал  и  песен,  и  стихов  духовных,  а  такого  напева  не  слыхивал.  Живой, причудливый  и  весёлый,  порой  он  становился  быстрее,  порой  обрывался  и ладом  своим  напоминал  что-то  стародавнее,  забытое  нашим  поколением. Долго  не  хотелось  проснуться  и  вслушаться  в  отдельные  слова  песни:  так радостно  было  оставаться  во  власти  совершенно  нового  впечатления.

Сквозь  дрёму  я  рассмотрел,  что  шагах  в  трёх  от  меня  сидит  несколько крестьян,  а  поёт-то  седоватый  старик  с  окладистою  белою  бородою, быстрыми  глазами  и  добродушным  выражением  на  лице.  Присев  на  корточки  у  потухающего  огня,  он  оборачивался  то  к  одному  соседу,  то  к другому  и  пел  свою  песню,  прерывая  её,  иногда  усмешкою.  Кончил  певец  и  начал  петь  другую  песню;  тут  я  разобрал,  что  поётся  былина  о  Садке-купце,  богатом  госте.  Разумеется,  я  сейчас  же  был  на  ногах,  уговорил крестьянина  повторить  пропетое  и  записал  с  его  слов.  Мой  новый знакомец,  Леонтий  Богданович  из  деревни  Серёдки  Кижской  волости, пообещал  мне  сказать  много  былин.  Много  я  впоследствии  слыхал  редких былин,  помню  древние  превосходные  напевы;  пели  их  певцы  с  отличным голосом  и  мастерскою  дикцией,  а  по  правде  скажу,  не  чувствовал  уже никогда  такого  свежего  впечатления».

В  момент  исполнения  (импровизации)сказитель,  для  того  чтобы  соблюсти  ритм  былины,  часто  пользуется  такими  словами  частицами,  которые  для  раскрытия  содержания  не  нужны  (различного  рода  частицы  типа  а,  й,  де,  ко,  ка,  же  и  т. п.).  если  записывать  былину  под  диктовку  сказителя,  а  не  во  время  пения,  то  этих  частиц  в  тексте  былины  не  будет.  Однако  для  того,  чтобы  понять  художественную  структуру  былин  необходимо  записывать  их  так,  как  они  исполняются.

Для  примера  рассмотрим  начало  былины  «Илья  Муромец  и  Соловей  Разбойник.  Текст  взят  из  сборника  Ю. М. Соколова  и  В. В. Чичерова  «Онежские  былины»,  № 70.  записана  былина  от  современного  жителя  деревни  Семёново  Карельской  АССР  П. Е. Миронова.

             Из  того  ли  из  города  из  Мурома,

             Из  того  села  да  Карачарова

             Выезжал  удаленький  дородный  добрый

                                                            молодец.

             Он  стоял  заутреню  во  Муроме,

             А  й  к  обеденке  хотел  поспеть  хотел  он  в  стольный

                                                            Киев-град.

             Да  й  подъехал  он  ко  славному  ко  городу

                                                            к  Чернигову

Об  исполнении  былин  и  об  отношении  крестьян  к  их  содержанию свидетельствует  этнограф  В. Н. Харузина:  «День  был  воскресный  и  народу в  деревне  много.  Горница  быстро  наполнилась  народом.  Сели  на  лавках,  на  кровати,  жались   в  дверях.  Вошёл  сказитель  Никифор  Прохоров, невысокого  роста  старик,  коренастый  и  плечистый.  Седые  волосы,  короткие  и  курчавые,  обрамляли  высокий  красивый  лоб,  редкая  бородка клинышком  заканчивала  морщинистое  лицо,  с  добродушными,  немного лукавыми  губами  и  большими  голубыми  глазами.  Во  всём  лице  было  что-то  простодушное,  детски  беспомощное.  Сказитель  далеко  откинул  назад голову,  потом  с  улыбкой  обвёл  взглядом  присутствующих  и,  заметив в  них  нетерпеливое  ожидание,  начал  петь. Лицо  старика-певца  мало-помалу изменялось;  исчезло  всё  лукавое,  детское  и  наивное.  Что-то  вдохновенное выступило  на  нём:  голубые  глаза  расширились  и  разгорелись,  ярко блестели  в  них  две  мелкие  слезинки;  румянец  пробился  сквозь  смуглость  щёк,  изредка  нервно  подёргивалась  шея.

Он  «жил»  со  своими  любимцами-богатырями,  жалел  до  слёз  немощного  Илью  Муромца,  когда  он  сидел  сиднем  30 лет,  торжествовал  с ним  победу  его  над  Соловьём-разбойником.  Иногда  он  прерывал  себя,  вставляя  от  себя  замечания.  Жили  с  героем  былины  и  все  присутствующие.  По  временам  возглас  удивления  невольно  вырывался  у  кого-нибудь  из  них,  по  временам  дружный  смех  гремел  в  комнате.  Иного прошибала  слеза,  которую  он  тихонько  смахивал  с  ресниц.  Все  сидели,  не  сводя  глаз  с  певца;  каждый  звук  этого  монотонного,  но  чудного, спокойного  мотива  ловили  они.  Сказитель  кончил  и  торжествующим  взглядом  окинул  всё  собрание.  С  секунду  длилось  молчание,  потом   со всех  сторон  поднялся  говор.

– Ай  да  старик,  как  поёт...  Ну  уж,  потешил!

– Пожалуй,  и  сказка  всё  это, – нерешительно  проговорил  один  мужик.  На  него  набросились  все.

– Как  сказка?  Ты  слышишь,  старина  это.  При  ласковом  князе  Владимире было.

– Мне  вот  что  думается:  кому  же  это  под  силу – вишь,  ведь  как  он  его.

– На  то  и  богатырь – ты  что  думаешь?..  Не  то,  что  мы  с  тобой – богатырь!..  Ему  что?  Нам  невозможно,  а  ему  легко», – разъясняли  со  всех сторон.


 

4.  ДРЕВНЕЙШИЕ  БЫЛИННЫЕ  ОБРАЗЫ

 

Уже  первые  исследователи  русского  эпоса  обратили  внимание  на  то,  что  былинные  герои  делятся  на  два  типа:  старшие  и  младшие  богатыри.

Среди  былин  выделяется  группа наиболее  древних.  Это  так  называемые  былины  о  «старших»  богатырях.  Герои  этих  произведений,  связанные  с  мифологией,  являются олицетворением  непознанных  сил  природы.  

Вот  что  писал  К. С. Аксаков  в  заметках  к  первому  выпуску  «Собрания  народных  песен  В. П. Кириевского»  (1860)  о  Святогоре:  «Образ  этого  огромного  богатыря,  которого  обременила,  одолела  собственная  сила,  так  что  он  стал  неподвижен, –  весьма  значителен.  Очевидно,  что  он  выходит  вне  из  разряда  богатырей,  к  которому  принадлежит  Илья  Муромец.  Это  богатырь-стихия.  Нельзя  не  заметить  в  наших  песнях  следов  предшествующей  эпохи,  эпохи  титанической,  где  сила,  получая  очертания  человеческого  образа,  ещё  остаётся – силою  мировою.  Вочеловечение  этих  сил  имеет  свои  ступени;  не  все  богатыри  этой  первозданной  эпохи  одинаково  носят  в  себе  стихийный  характер;  но  один  более,  другой  менее,  один  дальше,  другой  ближе  к  людям…  не  их  ли  должно  разуметь  под  старшими  богатырями».   

Старшие – это  Святогор,  Волхв Всеславьевич  и  Михайло  Потык  древнейшая  былинная  троица,  предшествовавшая  Добрыне  Никитичу,  Алёше  Поповичу  и  Илье  Муромцу).  Образы  титанические,  сохранившие  прямые  отголоски  языческих  представлений,  мифов,  легенд.  По  сравнению  с  ними  все  другие  богатыри  действительно  выглядят  младшими.  С  младших  богатырей  начинается  новая  страница  в  истории  русского  эпоса – его  героический  период,  когда  на  первый  план  выдвигается  глубоко  народная  идея  защиты  родной  земли.

Несколько  иная,  мифологическая  трактовка  образа  Святогора  принадлежит  А. Н. Афанасьеву.  «Если  бы  даже  мы, – пишет  он, – не  имели  никаких  иных  данных,  кроме  поэтического  сказания  о  Святогоре,  то  одно  это  сказание  служило  бы  неопровержимым  доказательством,  что  и  славяне,  наравне  с  другими  народами,  знали  горных  великанов.  В  колоссальном  типическом  образе  Святогора  ясны  черты  глубочайшей  древности.  Имя  его  указывает  не  только  на  связь  с  горами,  но  и  на  священный  характер  этих  последних…».  Современные  исследователи  придерживаются  аналогичной  точки  зрения.                            

Именно  Илье  Муромцу  суждено  было  заменить  в  русском  эпосе древнейший  мифологический  образ  Святогора,  ему  Святогор  передаёт  свою силу.  Но  Илья  Муромец  в  высшей  степени  странный  наследник:  он отказывается  принять  силу  Святогора  (если  и  принимает,  то  только  полсилы), он не хочет обладать такой необыкновенной, явно сверхъестественной  силой.  И  удивительная  вещь:  вся  былина  о  встрече Ильи  Муромца  со  Святогором  от  начала  до  конца  построена  на последовательном  умалении  Ильи  Муромца,  то  есть  умалении  самого любимого  народного  героя.  Целый  ряд  сравнений – и  блестящих  сравнений – должен  убедить  нас  в  том,  насколько  Илья  Муромец  меньше,  слабее Святогора.  А  вывод  и  вовсе  неожиданный  для  богатырского  эпоса: погибает  не  слабейший,  а  сильнейший,  именно  сильнейший  обречён.

Обратим  внимание  и  на  то,  как  погибает  Святогор.  Ведь  его  никто  не побеждает,  это  никому  не  под  силу, – Святогор  сам  ложится   в  гроб.  В лучшем  случае  он  мог  бы  ещё  передать  свою  силу  Илье  Муромцу,  но  и от  этого  Илья  отказывается.

Так  языком  символов  и  иносказаний  выражены  в  былине  «Илья Муромец  и  Святогор»  сложнейшие  явления  духовной  и  исторической жизни  народа,  когда  смена  героев  становится  олицетворением  смены  целых  эпох.  Уходила  в  прошлое  эпоха  языческих  мифов  и  представлений, а  с  ней  уходили  в  прошлое  и  её  титанические  образы,  на  смену  которым приходили  уже  другие – героические.

Приходится  только  удивляться,  насколько  неожиданно  и  мирно разрешён  в  русском  эпосе  этот  мировой  конфликт,  исход  которого  мог быть  вполне  иным:  сражения,  гибель  героев – всё  это  тоже  достаточно хорошо  известно  в  мировом  фольклоре.  Столь  же  характерно  и  то обстоятельство,  что  новые  герои  в  сравнении  с  прежними – более  земные, неразрывно связанные с тягой земной. Они почти не совершают сверхъестественных чудес, хотя и вступают в борьбу с Соловьями-разбойниками, Идолищами  и  Кащеями,  но  даже  в  этих  случаях  все  их богатырские  подвиги  вполне  реальны,  включая  богатырские  палицы  в  сорок  пуд (640 килограммов).  Это  не  фантастика,  а  вполне  обыкновенная эпическая  гипербола.

 

5.  ГЛАВНЫЕ  ГЕРОИ  РУССКОГО  ЭПОСА

 

     Исследователи  былин  почти  единодушны  в  мнении,  что  когда-то  Киевский  цикл  былин  и  не  был  единственным  и,  подобно  сохранившимся  новгородским,  существовали  былины  рязанские,  ростовские,  черниговские,  полоцкие,  псковские… 

Мир,  изображённый  в  былинах,  это  вся  Русская  земля.  Так,  Илья Муромец  с  заставы  богатырской  видит  высокие  горы,  луга  зелёные,  леса тёмные.  Былинный  мир  «светел»  и  «солнечен»,  но  ему  угрожают вражеские  силы:  надвигаются  тёмные  тучи,  туман,  гроза,  меркнут  солнце  и  звёзды  от  несметных  вражеских  полчищ.  Это  мир  противопоставления  добра  и  зла,  светлых  и  тёмных  сил.  В  нём  борются  богатыри  с проявлением  зла,  насилия.  Без  этой  борьбы  невозможен  былинный  мир.

Главными  персонажами  былин  являются  богатыри.  Они  воплощают  идеал мужественного,  преданного  Родине  и  народу  человека.  Герой  сражается  в одиночку  против  полчищ  вражеских  сил.  

Время  возникновения  былин  Киевского  цикла  хронологически  совпадает  со  временем  расцвета  Киевской  Руси.  В  эту  эпоху  произошла  «переработка»  древнейшего  архаического  (устаревшего)  пласта  мифов  и  преданий,  «историзация  прежних  традиций»  (В. П. Аникин)  как  в  устной  народной  литературе,  так  и  письменной.  Ведь  при  создании  первого  летописного  свода  «Повесть  временных  лет»  в  него  точно  так  же  вошли  переработанные  и  «историзованные»  языческие  преданья  старины  глубокой. 

В  этом  отношении  былины  Киевского  цикла  достаточно  достоверный  исторический  материал.   

Во  второй  период  своей  истории  на смену  древнейшим  богатырям пришли  герои  нового  времени – богатыри  так  называемого  Киевского  цикла  былин.

Кто  не  знает  картину  «Богатыри»,  воспевающую  былинную  «троицу»!  Замечательна  эта  картина:  увидишь  её  однажды  и  сразу  признаешь – это  наше,  родное,  как  родная  речь  и  старинная  песня,  как  природа  наша  и  отчий  дом…

Счастлив  мастер,  создавший  такое  произведение.  Имя  его – Виктор  Михайлович  Васнецов  (1848-1926).  «Богатыри», – говорил  он, – были  моим  творческим  долгом  перед  родным  народом…»  Почти  два  десятилетия  трудился  художник  над  этой  величественной  картиной.

Три  воина  выстроились  в  ряд,  самые  любимые  народные  защитники – Илья  Муромец,  сын  Иванович,  Добрыня  Никитич-млад, Алёша  Попович-млад.

Богатырство  на  Руси,  по  мысли  митрополита  Санкт-Петербургского  и  Ладожского  Иоанна,  представляло  собой  особый  вид  церковного  служения  (возможно,  даже  иноческого),  необходимость  которого  была  вызвана  заботой  о  защите  Православия.

Богатыри обычно предстают крестовыми братьями, побратимами.  Крестовые  братья,  должны  были  стоять  друг  за друга, помогать друг другу.  

Каждому  богатырю  присуща  определённая,  доминирующая,  то  есть  главная  черта характера.  Илья  Муромец  олицетворяет  силу,  это  самый  мощный  русский богатырь  после  Святогора.  Добрыня  тоже  сильный  и  храбрый  воин, змееборец,  но  ещё  и  богатырь-дипломат.  Его  князь  Владимир  отправляет  с особыми  дипломатическими  поручениями.  Алёша  Попович  олицетворяет смекалку  и  хитрость.  «Не  силой  возьмёт,  так  хитростью» – говорится  про  него  в  былинах.

В  большинстве  былин  изображён  мир  Киевской  Руси.  В  Киев  едут  богатыри  на  службу  князю  Владимиру,  его  же  защищают  они  от вражеских  полчищ.  Содержание  этих  былин  носит  преимущественно героический,  воинский  характер.

Другим  крупным  центром  древнерусского  государства  был  Новгород. Былины  новгородского  цикла – бытовые,  новеллистические  (небольшие  по объёму).  Героями  этих  былин  были  купцы,  князья,  крестьяне,  гусляры (Садко,  Вольга,  Микула,  Василий  Буслаев).

Главный  герой  киевского  цикла  былин – Илья  Муромец.  Главные  черты  в  образе  Ильи:  самоотверженная  любовь  и  преданность  своей  родине,  своему  народу,  лютая  ненависть  к  угнетателям  народа,  бескорыстная  готовность  всегда  встать  на  защиту  всех  бесправных  и  обездоленных,  умение  постоять  за  человеческое  достоинство.  Все  великие  подвиги  Ильи  Муромца – не  ради  княжеской  милости,  не  ради  «гривны  золотой»:  «Я  иду  служить  за  Веру  христианскую…»

Илья  Муромец  предстаёт  участником  крестового  похода  европейского средневековья.  Но  как  поступает  русский  богатырь  в  этой  ситуации? Освободив  Царьград  от  поганого  Идолища,  отказывается  остаться  в Царьграде  воеводою.  Он  возвращается  на  родину.У  русского  богатыря  только  одна  миссия – освободительная.  Илья Муромец  вовсе  не  пытается  крестить  иноверцев,  обратить  их  в  свою  веру.  Именно  этот  богатырь  трижды  обращается  к  богатырям  с  призывом:

Вы  постойте-тко  за  веру,  за  отечество,

Вы  постойте-тко  за  славный  стольный  Киев-град,

Вы  постойте-тко  за  церкви  те  за  Божии,

Вы  поберегите-тко  за  князя  Владимира

И  со  той  Опраксой  королевичной!

      С  былинным  богатырём  Ильёй  Муромцем  мы  можем  встретиться,  в  следующих  былинах:

 «Исцеление  Ильи  Муромца»,

«Как  Илья  из  Мурома  богатырём  стал», 

«Первый  бой  Ильи  Муромца», 

«Илья  Муромец  и  Соловей-разбойник»,    

«Как Илья  от  Святогора  меч  получил», 

 «Илья  Муромец  на  заставе  богатырской», 

«Три  поездки  Ильи  Муромца», 

 «Илья  Муромец  и  Калин-царь»,

«Илья  Муромец  и  Идолище»,

«Илья  избавляет  Царьград  от  Идолища».

Былина  «Илья  Муромец  и  Соловей-разбойник»

        

Эта  былина  считается  самой  древней,  самой  распространённой  и  популярной,  принадлежит  к  числу  классических  памятников  народного  творчества.  В  разное  время,  начиная  с  прозаических  пересказов XVII – XVIII  веков,  собиратели  записали  более  100  её  вариантов!  Былина  известна  и  в  книжном  пересказе  XVII  века  «Гистория  о  славном  и  о  храбром  и  сильном  богатыре  Илье  Муромце  сыне  Ивановиче  и  о  Соловье-разбойнике»,  в  лубочной  литературе,  а  также  в  многочисленных  сказочных  обработках.

Илья  Муромец,  побеждая Соловья-разбойника,  очищает  дорожку  прямоезжую,  что  имело  большое  значение  и  вполне  соответствовало  исторической  действительности.  Ведь  именно  такие  прямоезжие  дорожки  (по  Днепру – к  Чёрному  морю,  а  по  Волге – к  Каспийскому)  оказывались  обычно  перехваченными:  в  X – XIII  веках – печенегами,  хазарами,  полповцами,  а  с XIII  по  XVI  век – волжскими  и  крымскими  татарами.  Поэтому  очищение  их  от  соловьёв-разбойников,  чинивших  разбои  на  дорогах,  приравнивалось  народом  к  подвигу.

«В  образе  Соловья-разбойника, – отмечал  В. Я. Пропп, – можно  видеть  черты  одного  из  мифических  чудовищ,  которые  в  эпосе  обычно  преграждают  путь  герою.  В  русском  эпосе  киевского  цикла  уничтожение  такого  чудовища  расценивается  как  подвиг  государственного  значения  и  смысла».   

 В  былине  рассказывается  о  воинских  подвигах  Ильи.  Он  отправляется из  дома,  из  села  Карачарово,  что  под  Муромом,  в  стольный  град  Киев  на службу  к  князю  Владимиру.  По  преданию  местных  жителей  г. Мурома святой  богатырь  Илья  в  три  скока  на  своём  богатырском  коне  преодолел дольний  путь.  И  там,  где  его  конь  касался  земли,  возникало  озеро.

 По  пути  Илья  совершает  свой  первый  подвиг.  У  Чернигова  он  разбивает  вражеское  войско,  осадившее  город.

           

            У  того  ли  города  Чернигова

            Нагнано-то  силушки  черным-черно,

            А  й  черным-черно,  как  черна  ворона.

            Так  пехотою  никто  тут  не  прохаживат,

            На  добром  коне  никто  тут  не  проезживат,

            Птица  черный  ворон  не  пролётыват,

            Серый  зверь  да  не  прорыскиват.

            А  Илья,  «дородный  добрый  молодец»,  стал  эту  силу  великую  конём топтать  и  копьём  колоть.  И  побил  он  эту  силу  великую.  За  это  черниговские  мужики  приглашали  его  в  Чернигов  воеводою,  но  богатырь не  согласился,  поскольку  ехал  он  служить  всей  Русской  земле.

Его  предупреждают,  что  дорога  в  Киев  неспокойна  и  опасна:

            Заколодела  дорожка,  замуравела…

            Как  у  той  ли  то  у  Грязи-то  у  Черноей,

            Да  у  той  ли  у  березы  у  покляпыя…

            Сидит  Соловей-разбойник  во  сыром  дубу,

            Сидит  Соловей-разбойник  Одихмантьев  сын.

            В  былинном  повествовании  противник  Ильи  Соловей-разбойник  изображён  как  существо,  живущее  в  лесах  со  всем  своим  выводком.  Его грозная сила преувеличена:

А  то  свищет  Соловей  да  по-соловьем,  

Он  кричит,  злодей-разбойник,  по-звериному.  

И  от  его  ли  то  от  посвиста  соловьего

И  от  его  ли  то  от  покрика  звериного

Те  все  травушки-муравы  уплетаются,  

Все  лазоревы  цветочки  осыпаются,  

Темны  лесушки  к  земле  все  приклоняются, –

А  что  есть  людей – то  все  мертвы  лежат.

Однако  Илью  не  испугало  предупреждение  мужиков  черниговских.  Он выбирает  «дорогу  прямоезжую».  Добрый  богатырский  конь  Ильи,  услышав посвист  Соловья,  «упирается  да спотыкается».  Но  богатырь бесстрашен.  Он  готов  совершить  свой  второй  подвиг.  Илья  берёт  тугой  лук  «разрывчатый»,  натягивает  «тетивочку  шелковую»,  накладывает  «стрелочку  калёную»  и стреляет.  Поверженного  Соловья  он  пристёгивает  к  «стремечку  булатному» и  везёт  в  Киев.  Это  первый  приезд  богатыря  в  Киев,  его  никто  здесь  ещё  не  знает.  К  Илье  с  вопросами  обращается  сам  князь:

            «Ты  скажи-ко,  ты  откулешний,

            Дородный  добрый  молодец,

            Тебя  как-то,  молодца,  да  именем  зовут,

            Величают,  удалого,  по  отечеству?»

В  былине  князь  Владимир  поначалу  не  верит  рассказу  Ильи,  обвиняет  его  во  лжи,  не  может  допустить,  что  тот  смог  проехать  дорожкой  прямоезжею,  по  которой  не  пройти  ни  человеку,  ни  коню,  ни  зверю.  Причём  это  недоверие  князя  имеет  и  явное  социальное  звучание.  Дочери  Соловья-разбойника  и  князь  Владимир  называют  Илью  Муромца  уничижительно:  мужичищщо-деревенщина.  Это  ещё  более  подчёркнуто  в  обращении  князя  к  богатырю:

– Ай  же  мужичищщо-деревенщина.

   Во  глазах  мужик  да  надлыгаешься,

Во  глазах  мужик  да  насмехаешься!

Тем  большее  значение  приобретает  последующая  сцена,  когда  этот  мужичищщо-деревенщина  доказывает  князю  свою  правоту.  Илья  ведёт  князя  к  Соловью.  Но  разбойник  признаёт  над  собой  только  власть  Ильи,  видя  в  нём  достойного  противника  и  победителя,  почитает  его  выше  князя  и  отвечает:

      Не  у  вас-то  я  сегодня,  князь,  обедаю,

            А  не  вас-то  я  хочу  да  и  послушати.

            Я  обедал-то  у  старого  казака  Ильи  Муромца,

            Да  его  хочу-то  я  послушати».

Тогда  Илья  Муромец  приказывает  ему  засвистеть  «в  полсвиста соловьиного»  и  «в  полкрика  звериного».  Но  Соловей  ослушался  и  засвистел  во  всю  силу.  «Маковки  на  теремах  покривились,  а  околенки  во теремах  рассыпались  от  посвиста  Соловьиного,  что  есть  людишек,  то  все  мертвы  лежат».  Только  Илья  устоял  на  ногах.  Со  словами:  «тебе полно-тко  свистать  да  по-соловьему»  он  рубит  Соловью  голову.

Замечателен  финал  былины:  Илья  Муромец   расправляется  с  Соловьём-разбойником,  чтобы  тот  больше  не  слезил  отцов  и  матерей,  не  вдовил  жен  и  не  сиротил  да  малых  детушек.  Не  князь,  а  народный  герой,  мужичищщо-деревенщина  выступает  подлинным  защитником  отцов  и  матерей,  вдов  и  детей.

Подвиг  Ильи  был  наполнен  особым  смыслом  для  современников, выступавших  за  объединение  русских  земель,  за  целостность  древнерусского  государства.  В  былине  утверждается  мысль  о  служении Руси,  о  совершении  народного  подвига  во  имя  её. (См.  приложение)

 с. 163

 

Былина  «Добрыня  и  Змей»

Добрыня  Никитич – второй  по  значению  богатырь  былин  киевского  цикла.  Он  пришёл  на  смену  древнему  Дунаю,  однако  он  не  только богатырь-змееборец,  но  и  богатырь-дипломат.  В  ряде  былин  Добрыня выполняет  различные  дипломатические  поручения  князя  Владимира.

В  былине  «Добрыня  и  Змей»  он  совершает  ратный  подвиг – одерживает победу  над  Змеем,  который  много  горя  принёс  на  Русскую землю.  Сюжет  былины  вышел  из  древнейшего  сказочного  фольклора.  Былина  начинается  рассказом  о  том,  как  мать  не  велит  Добрыне  ездить  на  Пучай-реку  купаться:

            Добрынюшке-то  матушка  говорила,

            Да  Никитичу-то  матушка  наказывала:

            «Ты  не  езди-ка  далече  во  чисто  поле,

            На  ту  на  гору  да  Сорочинскую,

            Не  топчи-ка  ты  младых  змеенышей,

            Ты  не  выручай-ка  полонов  да  русских,

            Не  куплись,  Добрыня,  во  Пучай-реке –

            Пучай-река  очень  свирепая,

            Середняя-то  струйка  как  огонь  сечет».     

С  этого  сказочного  запрета  обычно  начинаются  сказки.  Так  же  как  в  сказке,  Добрыня  не  слушается  совета  матери  и  далеко  заплывает.  В  этот момент  налетает  на  него  Змей:

            Ветра  нет,  да  тучу  наднесло,

            Тучи  нет,  да  будто  дождь  дождит,

            А  дождя-то  нет,  да  только  гром  гремит,

            Гром  гремит  да  свищет  молния.

            Как  летит  Змеище  Горынище

            А  тыех  двенадцати  о  хоботах.      

Битва  богатыря  со  Змеем  изображается  коротко:  ударил  Добрыня  Змея, отшиб  все  его  «хоботы»  и  взял  с  него  слово  не  летать  больше  на  Русь.

 Вернувшись  в  Киев,  Добрыня  узнаёт,  что  Змей  опять  летал  через Киев  и унёс  племянницу  князя  Владимира – Забаву  Путятичну.

Добрыня  отправляется  в  дальний  путь  к  пещерам  Змея.  Но,  в  отличие от  сказочного  героя,  который  борется  с  чудовищем  ради  своих  личных интересов  (освобождение  невесты),  он  представляет  нового  героя,  выступа- ющего  за  общественные  интересы  в  борьбе  за  целостность  Руси  и  её  границ.  Сказочный  мотив  борьбы  за  женщину  становится  мотивом  борьбы за  русскую  полонянку.  В  былине  Добрыня  представляется  как  освободитель  Русской  земли.  Былина  поёт  славу  богатырю,  который освободил  не  только  племянницу  Владимира,  но  и  множество  других  пленных,  томившихся  в  подземелье  Змея:

            Тогда  Добрыня  во  норы  пошел,

            Во те во  норы  да  во  глубокие.

            Там  сидит  сорок  царей,  сорок  царевичей,

            Сорок  королей  да  королевичей,

            А  простой-то  силы – той  и  смету  нет.

            Тогда  Добрынюшка  Никитинич

            Говорил-то  он  царям  да  он  царевичам

            И  тем  королям  да  королевичам:

            «Вы  идите  нынь  туда,  откель  принесены.

            А  ты,  молода  Забава  дочь  Путятична,

            Для  тебя  я  эдак  теперь  странствовал,

            Ты  поедем-ка  ко  граду  ко  Киеву,

            А  ий  ко  ласковому  князю  ко  Владимиру».

Добрыня  во  всех  былинах  выражает  свои  богатырские  качества, ревностно  оберегает  достоинство  русского  воина,  он  разумен  в  речах,  сдержан,  тактичен,  заботливый  сын  и  верный  супруг.  Во  всех  былинах раскрываются  эти  черты  его  облика. (См.  приложение)  с.258

 

Алёша  Попович

Сейчас,  конечно,  трудно  судить:  был  или  не  был  в  конце  XII – начале  XIII  века  у  Всеволода  Большое  Гнездо,  у  Константина  Ростовского  и  Мстислава  Киевского  такой  богатырь – Александр  Попович  или  же  летописные  известия,  сказания  и  повести  о  нём  лишь  «вставлены»  в    летописи  уже  в  XV –  XVII  веках?  И  какого  Александра  Поповича  можно  считать  «прототипом»  Алёши  Поповича:  погибшего  с  семьюдесятью  русскими  богатырями  в  исторической  битве  на  реке  Калке  в  1223  году  (рассказ  об  этом  есть  в  Лаврентьевской  летописи)  или  же  другого  Поповича  и  другого  Александра,  который,  согласно  тем  же  летописям,  был  современником  не  Всеволода  Большое  Гнездо,  а  Владимира  Святославича  и  в  1001  году  (за  два  с  лишним  столетия  до  Калкской  битвы)  убивый  самого  могучего  печенежского  богатыря,  пленил  и  привёз  в  Киев  печенежского  князя  Родмана  (почти  так  же,  кстати,  как  Илья  Муромец – Соловья-разбойника),  а  в  1004  году  вновь  пошёл  на  печенези,  которые  в  ужасе  побегоша  в  поле,  услышав  о  его  приближении?  Или  же  речь  идёт  о  двух  разных  богатырях  с  одним  именем:  мало  ли  на  Руси  было  «поповичей»,  а  среди  них  Александров,  Алёш?  Или  все  три – плод  народной  фантазии,  и  былинный  Алёша  Попович  вовсе  не имел  никакого  отношения  к  тем,  другим,  реально  существовавшим  при  Владимире  Святославиче,  при  Владимире  Мономахе  или  же  при  Всеволоде  Большое  Гнездо?...

Вот  уже  более  столетия  исследователи  пытаются  найти  ответы  на  эти  вопросы,  разрешить  неразрешимые  «былинные  загадки».

«Алёша  Попович  и  Тугарин»самый  архаичный  былинный  сюжет,  основанный  на  мотиве  змееборчества:  на  долю  Алёши  Поповича  достаётся  Тугарин  Змеевич.

Но  былинный  Тугарин,  как  считают  исследователи,  не  просто  художественный  образ.  У  него  есть  вполне  реальный  исторический  «прототип»:  половецкий  хан  Тугарин,  ставший  в  1094  году  тестем  Святослава  и  убитый  киевлянами  в  1096  году.  Убийство  в  Киеве  Тугор-хана    и  былинного  Тугарина  действительно  даёт  основание  для  такой  параллели.

Впрочем,  это  толкование,  основанное  на  довольно  обманчивой  «логике  имён»,  не  единственное.  Существует  общеславянский  корень  «туг»  в  значении  «горе,  печаль,  беда»  (тужить,  туго – слова  того  же  корня).   Таким  образом,  имя  Тугарин  вполне  могло  быть  нарицательным,  со  значением – «обидчик,  насильник,  угнетатель». 

Существует  два  варианта  боя  Алёши  Поповича  с  Тугариным.  Один –   чисто  мифологический,  «змееборческий»,  где  он  встречает  и  убивает  Тугарина  Змеевича  в  поле,  по  пути  в  Киев;  и  второй – более  «исторический»,  где  он  убивает  его  в  Киеве  на  пиру  у  князя  Владимира.  В  Сборнике  Кирши  Данилова  оба  эти  варианта  совмещены.  В  результате  в  одной  былине  Алёша  Попович  убивает  Тугарина  дважды.  Трудно  согласиться,  что  здесь  «необоснованно  соединены  две  различных  веси  сюжета».  Алеша  Попович  встречается  всё-таки  не  с  одним,  а  с  разными  Тугариными.  Первый  Тугарин  Змеевич – это  и  есть  змей,  называющийся  «тугариным»  в  самом  прямом  смысле  этого  слова:  «  змей-насильник,  змей-обидчик».  Второй  Тугарин  Змеевич – и  «тугарин»  и  «змей»  лишь  по  имени.  Так  что  Алёша  Попович  в  одной  былине  бьётся  с  двумя  разными  Тугариными – мифологическим  змеем  и  реальным  человеком  с  таким  именем.  (См.  приложение)  с. 307

Однако  былины  рисуют  не  только  героические  подвиги  богатырей, вражеские  нашествия,  битвы,  но  и  повседневную  человеческую  жизнь.  Это находит  отражение  в  цикле  новгородских  былин.  В  них  богатыри  заметно отличаются  от  былинных  героев  русского  эпоса.

Новгородские  богатыри,  в  отличие  от  богатырей  героического  цикла,  не  совершают  ратных  подвигов.  Объясняется  это  тем,  что  Новгород  избежал  ордынского  нашествия:  полчища  Батыя  не  дошли  до  города. Однако  новгородцы  могли  не  только  бунтовать  (Василий  Буслаев)  и  играть  на  гуслях  (Садко),  но  и  сражаться  и  одерживать  блистательные победы  над  завоевателями  с  Запада.

Одной  из  самых  поэтических  и  сказочных  былин  новгородского  цикла является  былина  «Садко».  В. Г. Белинский  определил  былину  «как  один  из перлов  русской  народной  поэзии,  поэтический  апофеоз  Новгороду».  Садко – бедный  гусляр,  разбогатевший  благодаря  искусной  игре  на  гуслях  и покровительству  Морского  царя.  Как  герой  он  выражает  собой бесконечную  силу  и  бесконечную  удаль.  Садко  любит  свою  землю,  свой  город,  семью.  Поэтому  он  отказывается  от  несметных  богатств, предложенных  ему,  и  возвращается  домой.

Итак,  былины – это  поэтические,  художественные  произведения.  В  них много  неожиданного,  удивительного,  невероятного.  Однако  в  основе  своей  они  правдивы,  передают  народное  понимание  истории,  народное представление  о  долге,  чести,  справедливости.     

 

Былина  «Садко»

События  в  былине  разворачиваются  в  городе  Новгороде.  Она распадается  на  две  части  (Садко  получает  богатство  и  Садко  у  Морского  царя).  Главный  герой – гусляр  Садко.  В  начале  былины  им  пренебрегли новгородские  бояре,  перестали  звать  его  на  пиры.  Обидевшись,  Садко  идёт  к  Ильмень-озеру,  садится  на  «бел-горюч  камень»  и  начинает  играть  в «гуселки яровчаты».  Его  игра  понравилась  Морскому  царю:

            Как  тут-то  в  озере  вода  всколюбалася,

            Показался  царь  морской,

            Вышел  со  Ильменя  со  озера,

            Сам  говорил  таковы  слова:

            «Ай  же  ты,  Садке  Новгородский!

            Не  знаю,  чем  буде  тебя  пожаловать

            За  твои  за  утехи  за  великия,

            За  твою-то  игру  нежную».

Решил  Морской  царь  помочь  Садко,  одарить  его  несметным богатством.  Велел  ему  побиться  об  заклад  с  купцами  новгородскими,  что поймает  в  озере  рыбу – золотое  перо.  Эту  рыбу  царь  пошлёт  Садко  в  сети. Гусляр  так  и  сделал  и  выиграл  в  споре  с  купцами  три  лавки красного  товару,  разбогател,  воздвиг  пышные  палаты,  украсив  их  дивной росписью:

            Устроил  Садке  все  по-небесному:

            На  небе  солнце  и  в  палатах  солнце,

            На  небе  месяц – и  в  палатах  месяц,

            На  небе  звезды – и  в  палатах  звезды.

Садко  «зазывал  к  себе  на  почестен  пир  знатных  гостей»,  которые  на пиру  «наедалися,  напивалися  и  похвальбами  все  похвалялися».  Похвалился Садко  скупить  все  товары  в  Новгороде,  поспорил  в  богатстве  с  ним.  Но  спор  проиграл:  сколько  он  ни  скупал  товаров  в  новгородских  лавках,  на утро  в  них  появлялись  привезённые  со  всей  Руси  всё  новые  и  новые.  И  понял  Садко,  что  не  он  купец  богатый  новгородский – побогаче  его славный  Новгород.  И  если  в  начале  былины  народное  сознание  на  стороне  бедного  гусляра,  то  Садко-купец,  возомнивший,  что  он  богаче  и сильнее  целого  торгового  города,  лишён  сочувствия  народа.  Былина  заставляет его признать  победу  Новгорода.  В  ней  со  всей определённостью  выражена  мысль о торговой мощи великого города северной  Руси.

Во  второй  части  былины  Садко,  богатый  купец,  снаряжает  корабли  и отправляется  с  товарищами  торговать  за  море:

            На  синем  море  сходилась  погода  сильная,

            Застоялись  черлены  корабли  на  синем  море:

            А  волной-то  бьет,  паруса  рвет,

            Ломает  кораблики  черленые;

            А  корабли  не  идут  с  места  на  синем  море.        

Так  в  былину  вводится  пейзаж.  Корабли  встали  на  море – Морской царь  не  пускает  Садко,  требует  от  него  выкуп.  Сначала  корабельщики пытаются  откупиться  бочкой  чистого  серебра,  красна  золота,  а  волной  всё бьёт,  паруса  рвёт,  а  «корабли  всё  не  идут  с  места  на  синем  море».  Садко догадывается,  что  царь  Морской  требует  «живой  головы  во  сине  море». Трижды  кидают  жребий,  кому  идти  к  Морскому  царю.  И  как  Садко  ни  ловчил,  жребий  пал  на  него.  Взяв  только  гусли,  Садко  бросается  в морскую  пучину.

Изображение  подводного  царства,  пейзаж  в  былине  реальны:

            Во  синем  море  на  самом  дне.

            Сквозь  воду  увидел,  пекучись,  красное  солнышко,

            Вечернюю  зорю,  зорю  утреннюю.

            Увидел  Садко:  во  синем  море

            Стоит  палата  белокаменная…

Далее  разворачивается  сцена  игры  Садко  на  гуслях  и  пляски  Морского царя.  В  былине  неоднократно  подчёркивается  искусство  Садко,  его мастерство:

            Как  начал  играть  Садко  в  гуселки  яровчаты,

            Как  начал  плясать  царь  морской  во  синем  море,

            Как  расплясался  царь  морской.

            Играл  Садке  сутки,  играл  и  другие,

            Да  играл  еще  Садке  и  третьи,

            И  все  пляшет  царь  во  синем  море.          

            Благодарный  за  потеху,  Морской  царь  стал  уговаривать  Садко

жениться  на  одной  из  тридцати  своих  дочерей.  А  в  это  время  в  синем море   вода  колеблется,  разбиваются  корабли,  тонут  люди  праведные.

Православный  человек  в  реальной  действительности  в  поисках избавления  от  несчастий  всегда  обращается  к  христианским  святым,  что находит  отражение  и  в  былине:  «стал  народ  молиться  Миколе Можайскому».  Неслучайно  в  былину  вводится  образ  христианского  заступника  Миколы – покровителя  всех  мореплавателей  и  мореходов.  В этом  проявляется  общая  христианская  идея  русского  фольклора:

            Святой  предстал  перед  Садко  на  морском   дне:

            Обернулся – глядит  Садке  Новгородский:

            Ажно  стоит  старик  седатыий.

            Говорил  Садке  Новгородский:

            «У  меня  воля  не  своя  во  синем  море,

            Приказано  играть  в  гуселки  яровчаты».

            Говорит  старик  таковы  слова:

            «А  ты  струночки  повырывай,

            А  ты  шпенечки  повыломай.

            Скажи:  «У  меня  струночек  не  случилося,

            А  шпенечков  не  пригодилося,

            Не  во  что  больше  играть:

            Приломалося  гуселки  яровчатые».

Святой  Микола  учит  незадачливого  гусляра,  как  ему  вернуться  в Новгород.  В  невесты  себе  он  должен  выбрать  последнюю  дочь  Морского  царя – девушку  Чернавушку.  Послушавшись  мудрого  совета,  наутро  Садко оказался  на  суше,  а  девушка,  которую  он  выбрал,  оказалась  новгородской рекой.  В  благодарность  Садко  построил  соборную  церковь  Миколы Можайского.  В  Новгородской  летописи  под  1167  годом  упоминается  имя  некоего  Садко  Сытинца,  который  заложил  церковь.  Былинный  Садко  совпадает  с реальным  историческим  лицом.

В. Г. Белинский  писал  о  новгородских  былинах,  что  перед  ними  видна вся  остальная  сказочная  поэзия  русская.  Виден  мир  новый  и  особый, служивший  источником  форм  и  самого  духа  русской  жизни,  а следовательно  и  русской  поэзии.  О  «Садко»  он  пишет:  «Вся  поэма  проникнута  необыкновенным  одушевлением  и  полна  поэзии.  Это  один  из перлов  русской  народной  поэзии».

 

Былина  «Вольга  и  Микула»

Былина  «Вольга  и  Микула»  относится  к  новгородскому  циклу  былин.  Уже  первые  исследователи  обратили  внимание  на  острое  социальное звучание  былины,  где  образ  крестьянина-пахаря  Микулы  Селяниновича  явно  противопоставлен  образу  князя  Вольги  Святославича,  племянника киевского  князя  Владимира.

Эта  былина,  отражает  особенности  земледельческого  труда  на  севере:

            Орет  в  поле  ратай,  понукивает,

            Сошка  у  ратая  поскрипывает,

            Омешики  по  камешкам  почеркивают,

            То  коренья,  каменья  вывертывает,

            Да  великие  он  каменья  все  в  борозду  валит.

«Это  точная  картина  северной  пахоты», – писал  В. Ф. Миллер.

В  основе  сюжета  былины  лежит  повествование  о  встрече  князя  Вольги и его дружины  с  пахарем-крестьянином  Микулой.  Открывается  былина рассказом  о  рождении  Вольги,  о  его  возмужании:

            Как  стал  тут  Вольга  растеть-матереть,

            Похотелося  Вольге  много  мудрости:

            Щукой-рыбою  ему  ходить  в  глубоких  морях,

            Птицей-соколом  ему  летать  под  оболока,

            Серым  волком  рыскать  да  по  чистым  полям.

Собрал  себе  Вольга  дружинушку  храбрую. Племянник киевского князя получил от Владимира в подарок три города: Гурчевец, Ореховец, Крестьяновец. Он едет за данью и в чистом поле видит пахаря Микулу, который, работая на поле, проявляет недюжинную силу: «пенья-коренья вывертывает, большие камни в борозду валит». Спрашивает пахарь у князя, далеко ли он держит путь, и узнав, куда он с дружиной направляется, рассказывает ему, какие разбойные люди живут в этих городах. Вольга, видя его силу, предлагает пахарю ехать с ним «в товарищах». Пахарь соглашается, его участие в поездке необходимо – одной княжеской дружине борьба с разбоем  не  под  силу.

Микула  просит  дружинников  князя  выдернуть  из  земли  его  соху  и бросить  её  под  ракитовый  куст.  Однако  оказывается,  что  эту  работу  не  могут  выполнить  ни  дружина,  ни  Вольга. И  только  богатырская  сила Микулы  позволяет  ему  играючи,  одной  рукой  выдернуть  сошку  из  земли.

На  этом  заканчиваются  одни  варианты  былины.  По  другим – Вольга  и Микула  приезжают  в  города,  в  которых  князь  назначает  Микулу наместником,  горожане  устраивают  засаду  Вольге,  и  Микула  спасает  ему жизнь.

Микула  является  народным  героем.  Он,  как  герой- богатырь,  выражает лучшие  качества  простого  человека.  Былина  утверждает  уважение  к  тяжкому  труду  землепашца,  в  котором  надо  также  проявить  силу  и геройство.  Сила  Микулы – в  связи  с  землёй,  простым  народом.

Для  этой  былины  характерны  свои  художественные  особенности. Народный  язык  поражает:  для  неё  характерны  повторы,  эпитеты.  При помощи эпитетов создается особый поэтический мир. Например, необыкновенная  соха,  которой  пашет  Микула:

            Сошка  у  оратая  кленовая,

            Омешики  на  сошке  булатные,

            Присошечек  у  сошки  серебряный,

            А  рогачик-то  у  сошки  красно  золото.

С  помощью  эпитетов  создаётся  и  портрет  героя:

            А  у  оратая  кудри  качаются,

            Что  не  скатен  ли  жемчуг  рассыпается;

            У  оратая  глаза  да  ясна  сокола,

            А  брови  у  него  да  черна  соболя.

Сказители описывают одежду богатыря: сапожки из зелёного сафьяна, шляпа  пуховая,  кафтанчик  из  чёрного  бархата.

Иносказательно раскрывает Микула свои народные корни. На вопрос Вольги:  «Как тебя  по  имени  зовут,  нарекают  по  отечеству?»  проговорил оратай-оратаюшко:

            Ай  же  ты  Вольга  Святославович!

            Я  как  ржи-то  напашу  да  во  скирды  сложу,

            Я  во  скирды  сложу  да  домой  выволочу,

            Домой  выволочу  да  дома  вымолочу,

            А  я  пива  наварю  да  мужичков  напою,

            А  тут  станут  мужички  меня  похваливати:

            Молодой  Микула  Селянинович!»

Художественные  средства  в  былине  направлены  на  то,  чтобы  наиболее ярко  запечатлеть  персонажи  и  их  действия,  обстановку,  выразить  к  ним отношение.

 

 

          СВЯТОЙ ПРЕПОДОБНЫЙ ИЛЬЯ МУРОМЕЦ С НАМИ  

 

               Из  Киево-Печерской  лавры  к нам, в столицу  Южного  Урала, в  храм  иконы  Божией  Матери  «Взыскание  погибших», в торжественной обстановке прибыл ковчег со  святыми   мощами  преподобного  Илии  Муромца.  Это  событие произошло   17  декабря  2005  года.

Генеральный  директор  завода  «Теплоприбор»  Константин  Юрьевич  Захаров  рассказал  о  том,  как  мощи  великого  подвижника  прибыли  в  Челябинск. «В  этом есть определённое  чудо.  Чувство  такое,  будто  великий  человек, подвижник пришёл к нам в гости. Происшедшее событие  символизирует,  что  у  нас  прекрасное будущее  и  всё  будет  хорошо» - сказал он.

Одним  из  первых  поклонился  святому  и  приложился  к  мощам  святого Илии  наш  известный  земляк,  ныне  проживающий  в  Москве,  певец  и  музыкант  Юрий  Гарин.  «Для  меня  Илья  Муромец – символ  сильной  России,  надёжности,  любви  к  Родине».

Для  всех  верующих  прибытие  на  Южный  Урал  святыни  из  Киева –  большая радость. Знаменитый образ Ильи Муромца олицетворяет  всё  лучшее   нашего народа. Могучая  физическая  сила  сочетается  в  нём  с  ещё  большей  силой внутренней и   величием его духа.

Такой  герой  объединяет  всех  живущих  в  России – верующих  и  неверующих,  всех  любящих  свою  страну  и  желающих  её  возрождения  и  процветания.

 

                                         Рассказали  мы

       про  дела  старые

    что  про  старые,  про  бывалые,

   чтобы  море  синее  успокоилось,

  чтобы  добрые  люди  послушались,

    чтобы  молодцы  призадумались,

что  века  не  меркнет  слава  русская!

  ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

           К  вам  обращается  замечательная  писательница  и  собирательница  фольклора  Ирина  Валериановна  Карнаухова,  автор  книги  «Русские  богатыри».  

«Я  обращаюсь  к  тебе,  читатель,  прямо  к  тебе:  ты  всегда  ведёшь  себя  правильно?  Ты  понимаешь,  что  надо  брать  на  себя  то,  что  трудно  сделать  другому,  а  тебе  легко?  Бери  в  свои  сильные  молодые  руки  всё,  что  трудно  сделать  другим:  маме,  бабушке,  младшей  сестрёнке.  Ведь  с  дома,  с  твоей  семьи,  и  начинается  любовь…

         А  потом  ширится  круг – вы  учитесь  любить  и  защищать  друг  друга.  А  потом  ещё  шире – вы  становитесь  солдатами,  все  мы  солдаты  в  этой  жизни… 

Мы  любим  Родину,  мы  защищаем  её  в  беде.  Мы  не  отдадим  её  врагу.  Так  несли  службу  верную  и  герои  сказок  и  былин:  Иван – крестьянский  сын,  Никита  Кожемяка,  Илья  Муромец…»

 

         Этим  обращением  писательница  как  бы  сомкнула  прошлое  и  настоящее:  и  солдаты  великой  Отечественной,  и  былинные  богатыри,  и  герои  народных  сказок – все  они  боролись  с  недругом,  защищали  малых  и  слабых,  освобождали  родную  землю.

 

Учитель:  Много  ещё  можно  рассказать  о  богатырях,  об  их  ратных  подвигах.   Былинные  витязи  остались  в  памяти  народа  нашего  олицетворением  силы,  доброты  и  великодушия.  Сквозь  все  тяготы  и  страдания  народ  русский  пронёс  веру  в  силу   свою  и  величие.

 

  • Послушайте,  какую  оду  русскому  народу  посвятил  великий    русский  композитор  М. И.Глинка.

(Звучит  хор  из  оперы  «Иван  Сусанин».  «Славься»)

 

  ПРИЛОЖЕНИЕ 

 

  О  ЖИЗНИ  СВЯТОГО  БОГАТЫРЯ  ИЛИИ  МУРОМЦА

 

В славном  городе  во  Муроме,

Во  селе  было  Карачарове,

Сиднем  сидел  Илья  Муромец,  крестьянский  сын,

Сиднем  сидел  цело  тридцать  лет.

Кто  не  знает  картину  В. Васнецова  «Богатыри»!  Огромный  воин  в  центре  картины  вглядывается  в бескрайние  просторы:  не  подступает  ли  враг  к  родной  земле?  

Это  Илья  Муромец,  былинный  герой.  А  знаете  ли  вы,  что  Илья – не  только  богатырь,  но  и  православный  монах  Киево-Печерской  Лавры?  Память  необычного  святого  совершается  в  необычный  день – 1 января,  когда  все  мы  празднуем  вступление  в  новый  год  нашей  жизни. 

Илья  по  прозвищу  Гущин  родился  в  простой  русской  семье  в  селе  Карачарово  близ  города  Мурома.  Часть  крестьян  этого  села  до  сих  пор  носят  фамилию  Гущины  и  считают  себя  потомками  славного  богатыря.

         В  детстве  и  юности  будущий  богатырь  страдал  параличом:  у  него  совсем  не  ходили  ноги.  Однако чудесным  образом  он  был  исцелён.  Былина  говорит,  что  Илью  вылечили  «калики  перехожие»,  то  есть  странники.  В  книгах,  изданных  до  революции,  писалось,  что  «калики» –

это  Христос  с  двумя  апостолами.

После  чудесного  исцеления  Илия  стал  воином  княжеской  дружины.  Он  прославился  невиданной  силой  и  ратными  подвигами.  Не  зря,  наверное,  о  нём  сложили  былины! 

Видимо,  после  тяжёлого  ранения  в  бою  Илия  принимает  решение  стать  монахом  и  постригается  в  Феодосиев  монастырь  ( так  тогда  называлась  Киево-Печерская  Лавра).  Сегодня  для  нас  удивительно,  почему  солдат  становится  монахом?  Но  тогда  это  было  распространено  среди  православных  воинов:  они  сменяли  меч  железный  на  меч  духовный  и  проводили  дни  в  сражении  за  блага  небесные.  Так  поступили  великие  полководцы  благоверные  князья  Александр  Невский,  Димитрий Донской.

Известно,  что  преподобный  Илия  преставился  в  1188  году,  сложив  пальцы  для  крестного  знамения.  Для  останков  святого  богатыря  был  сооружён  придел  в  Софийском  соборе  Киева.  Ему  была  оказана  такая  же  честь,  как  и  великим  князьям  ( например,  святому  князю  Ярославу  Мудрому).  Потом  мощи  преподобного  Илии  перенесли  в  Киево-Печерскую  Лавру,  где  они  покоятся  и  сейчас.

В  1988  году  проведена  экспертиза  мощей  Илии  Муромца  с  помощью  сверхточной  японской  аппаратуры.  Святой  упокоился  в  возрасте  40-55  лет.  Он  был  высокого  роста – 180 см.  По  нашим  меркам,  это  человек  чуть  выше  среднего  роста,  но  в  12 веке  такой  мужчина  считался  великаном  и  был  на  голову  выше  обычного  человека.

На  основании  мощей  святого  скульптор  С. А. Никитин  воссоздал  его  облик.  В  память  о  знаменитом  земляке  в  городе  Муроме  воздвигнут  храм  и  построен  памятник.

Иногда  мы  не  замечаем  за  страницами  былины  или  жития  настоящее  лицо  человека,  искренне  посвятившего  свою  жизнь  и  свои  подвиги  во  славу  Божию.  А  если  вглядеться  внимательней,  вчитаться,  то  преподобный  Илия  Муромский  становится  ближе  нам.

                                           Диакон  Сергий  Матвеев,  г. Нижневартовск

 

  О  СВЯТОМ  ПРЕПОДОБНОМ  ИЛИЕ  МУРОМСКОМ

 

Святой  преподобный   Илия  Муромский  преставился  в  1188 году.

День  памяти  1 января.  О  его  жизни  исторические  источники  сохранили  мало  сведений.  Известно  только,  что  он  жил  в  12 веке  и  был  иноком  Киево-Печерской  обители.

Его  нетленные  мощи  доныне  почивают  в  Антониевых  пещерах.

Народное   предание  отождествляет  преподобного  Илию  с  известным  богатырём  Ильёй  Муромцем,  о  жизни  которого  известно  из  русских  былин  и  сказаний.  В  Ростовской  летописи  его  имя  упоминается  лишь  один  раз.  Сказано,  что  в  миру  он  был  воеводой.

По  преданию,  Илья  Муромец  родился  в селе  Карачарово  близ  города  Мурома,  в  крестьянской  семье.

В  младенческом  возрасте  он  тяжело  заболел  и  на  многие  годы  оказался  прикованным  к  постели.

Молитва  научила  Илью  терпению,  и  он  со  смирением  нёс  свой  крест,  за  всё  благодаря  Бога.  Такой  настрой  души  был  примером  мужества  и  послужил  к  назиданию  многих  христиан.

За  чистое  сердце  и  великое  терпение  Господь  исцелил  Илью  и  наделил  его  огромной  силой.  В  то  время  ему  исполнилось  33  года.

Исцелившись,  Илья  Муромец  поступил  на  службу  к  Киевскому  князю  Владимиру.  Видимо,  Илья  был  с  хорошим  материальным  достатком.  Илья  Муромец  известен  своими  ратными  подвигами.

         Однако  ни  слава,  ни  богатство  не  прельстили  преподобного  Илию:  его  душой  владели  любовь  к  Богу  и  желание  стяжать  Царство  Небесное.  Именно  поэтому  в  расцвете  сил  он  оставил  княжескую  службу  и  принял  монашеский  постриг  в  Киево-Печерской  обители  преподобного  Антония.

 

 ИЗ  КНИГИ   «БЫЛИНЫ»  (см.  Литература,  п. 7)

 

         Илья  Муромец – самый  любимый,  родной  и  близкий  сердцу  каждого  русского  человека  былинный   образ.  Недаром  сам  народ  говорит  о  нём:

                   – Как  одно-то  на  небе  красно  солнышко,

                   А  один-то  на  Руси  Илья  Муромец!

         Вся  жизнь  этого  могучего  богатыря,  воплотившего  в  себе  своеобразие  русского  национального  характера,  опоэтизирована  народом.  Количество  былинных  сюжетов  об  Илье  огромно.  Широко  распространены  былины  об  исцелении  Ильи,  о  его  первом  выезде  на  ратные  дела,  о  битвах  с  Соловьём-разбойником  и  Идолищем,  о единоборстве  с  сорока разбойниками,  о  его  поездке  вместе  со  Стенькой

 Разиным  по  Хвалынскому  (Каспийскому)  морю  на  корабле  «Соколе».

Учёные много сил  потратили  на то,  чтобы  выяснить, жило ли когда-либо то

историческое  лицо,  которое  с  такой  полнотой  и  любовью  воспето  в  былинах  в  образе  Ильи  Муромца.  Предположения  были  самыми  различными.  Одни  считали,  что  прообразом  Ильи  был  воспетый  А. С. Пушкиным  в  «Песне  о  вещем  Олеге»  князь  Олег  Киевский. Другие  находили,  что  прообразом  Ильи  явился  Илейка  Муромский,  живший  в  начале  XVII  века.  Но  эти  предположения  были  отвергнуты,  так  как  былины  об  Илье  сложились  в  очень  давнее  время,  ещё  в  Киевской  Руси.  Об  этом  свидетельствуют  многочисленные  упоминания  о  богатыре  в  различных  старинных  устных  и  письменных  памятниках.  Первые  известия  относятся  ещё  к  началу  XIII  века.  В  древнегерманском  эпосе  одно  из  действующих  лиц  названо  Ильёй  Русским,  а  в  эпосе  норвежского  народа  он  известен  под  именем  Ильи  Греческого.  Учёные  считают,  что  под  этими  именами  следует  видеть  Илью  Муромца,  сказания  о  котором  на  Руси  в  то   время  были  настолько  популярны,  что  стали  известны  соседним  народам  и  оказали  воздействие  на  их  творчество.

         Сохранились  и  документы,  по  показаниям  которых  Илья  представляется  историческим  лицом.  В  XVI  веке  через  Киев  проезжал  один  иностранец,  путешествовавший  по  России.  В  своих  воспоминаниях  он  сообщил,  что  «в  соборе  святой  Софии  находится  гробница  Ильи  Муромца – знаменитого  героя  или  богатыря,  о  котором  рассказывают  много  басен».  Гробница  эта  сохранилась  до  наших  дней  в  Киево-Печерской  Лавре.  Этот  факт  прямо  указывает  на  Илью  как  на  действительно  жившего  человека  и  одновременно  служит  показателем  необычайной  популярности  народного  богатыря.  В  XVI  веке  Илья  был  канонизирован,  то  есть  причислен  к  лику  святых.

         Судя  по  всем  данным,  родословная  Ильи,  рассказанная  в  былинах,  имеет  реальные  основания.  Все  былины  родиной  Ильи  называют  село  Карачарово  под  Муромом  (откуда  и  название  богатыря – Муромец).  Жители  города  мурома  с  давних  пор  считали  Илью  своим  земляком, гордились  им  и  увековечили  его  память  в  местных  названиях.  Так,  ещё  в  XVI  веке  в  Муроме  были  Ильинская  улица,  Богатырёва  гора,  Скокова  гора.  Все  эти  названия  связаны  с  именем  Ильи.  Скоковой  горой  названа  та  улица,  по  которой  Илья  впервые  поскакал  на  свершение  богатырских  подвигов.  Существовали  и  многочисленные  предания,  связанные  с  пребыванием  Ильи  в  Муроме.  Указывался,  например,  колодец  в  Карачарове,  который  якобы  образовался  от  скока  коня  Ильи:  при  первом  скоке  богатырский  конь  своим  копытом  выбросил  столько  земли,  что  образовалась  глубокая  яма.  Рассказывалось  также  о  том,  как  богатырь  вытащил  из  реки  и  занёс  на  гору  три  чёрных  дуба,  каждый  из  которых  не  могла  увезти  лошадь.  Эти  деревья  были  положены  в  основание  церкви,  сгоревшей  в  конце  XVIII  века.

         Таким  образом  можно  предположить,  что  когда-то,  очень  давно,  примерно  в  XII  веке,  близ  Мурома  жил  крестьянин,  обладавший  необыкновенной  силой  и  прославившийся  героическими  подвигами  во  имя  родины  и  народа.  Подвиги  эти  с  течением  времени  были  опоэтизированы  и  гиперболизированы  по  законам  художественного  творчества.

         Однако  было  бы  большой  ошибкой  все  черты  былинного  Ильи  приписать  одному  какому-то  историческому  лицу. Былинный  Илья  Муромец – собирательный  образ  русского  человека,  идеальный  образ  богатыря,  защитника  русской  земли. Образ  Ильи  Муромца,  созданный  трудовым  народом,  грандиозен.  Илья  Муромец  воспет  в  былинах,  в  стихотворениях  и  поэмах  такими  поэтами,  как  Н.М.Карамзин,  А.К.Толстой, И.С,Никитин, чешский поэт-классик Ф.Челаковский  и  многими другими. О могучем  богатыре  созданы  драмы  и  повести,  кантаты  и  оперы  (в  опере  В. Серова  «Илья  Муромец»  партию  Ильи  исполнял  Ф. И. Шаляпин),  песни  и  симфонии  (А. П. Бородин,  Р. М, Глиэр  и  др.),  величественные  художественные  полотна  (В. Васнецов).   Под  именем  Ильи  Муромца  выходили  газеты  (1906), сборники  (начало XX  века),  журналы (1915). Именем  богатыря назывались самолёты, пароходы, ледоколы и  т. д.

 

ЛИТЕРАТУРА

1.  Сокровища  русского  фольклора.  Былины. – М.:  «Современник»,  1991.

2.  Русь  многоликая.  Думы  о  национальном.  М.:  «Советский  писатель»,                     

     1990.

3.  Мифы  народов  мира.  М.,  1982.  Т. 2.  С. 421.

4.  М. Кравцова.  Илья  Муромец  против  супермена. – М.:  «Фавор»,  2003.

5.  «Застава  богатырская»  (статья  из  журнала  «Божий  мир»  №5 (35) ,

     2002.

6.  Русские  богатыри.  Былины.  Героические  сказки. – М.:  «Детская

     литература»,  2005.

7.  Былины. – М.:  «Детская   литература»,  1969.

8.  Б. Шергин.  Илья  Муромец. – М.:  «Детская   литература»,  1988.

9. Листовка храма «Взыскание погибших».

Template Settings
Select color sample for all parameters
Red Green Blue Gray
Background Color
Text Color
Google Font
Body Font-size
Body Font-family
Scroll to top